Четверг, 17.10.2019
Мой сайт
Меню сайта
Категории раздела
Новости [431]
Мини-чат
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 4
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа
Главная » 2010 » Январь » 13 » заворот мозгов по причине курсовой...
11:22
заворот мозгов по причине курсовой...
доступность и понятность! вы лучше полюбуйтесь, какова она теория студента-Фи...!Мой обожаемый научный руководитель велел все сделатьв лучшем виде да так,чтоб защититься до отъезда...т.е до 2 мая...кгхм...ну я все понимаю, но чтоб так?! и вот день и ночь она за компом, на учебу ходит с газетой... и кажется,что жизнь превратилась в какой-то сплошной поиск репрезентаций статусных ролей в политическом тексте... но благославляю я практику за относительную доступность и понятность! вы лучше полюбуйтесь, какова она теория студента-Фи...!
Итак, параграф 1 "Текст и дискурс"
Изучение лингвистики текста активно развивается в нескольких направлениях в соот¬ветствии с основными научными парадигмами современного языкознания. Выделяются структурный, коммуникативный и лингвокультурологический подходы к исследованию текста.
С позиций грамматики споры ведутся о понимании текста как явления языка либо речи: иначе говоря, можно ли выделить в тексте строевые элементы, соответствующие структурным едини¬цам в уровневой модели языка. С позиций стилистики потребовалось обобщить большой теоретический ма¬териал, касающийся прежде всего функциональных стилей и интерпретации тек¬ста. Для лингвистики текста - переход к коммуникативной модели представления текста. А именно: концеп¬туально и терминологически противопоставляются текст, погруженный в ситуа¬цию реального общения, т. е. дискурс, и текст вне такой ситуации. Еще более широкий круг вопросов, затрагивающих сущность текста как фе¬номена человеческой культуры, рассматривается при лингвокультурологическом исследовании текста. Такой подход направлен на освещение осо¬бенностей менталитета народа, обусловленных его историей и отраженных в языке, прецедентных текстах (по Ю. Н. Караулову), концептосфере (Д. С. Лиха¬чев), культурных концептах (Ю. С. Степанов). Из многочисленных определений текста выделим определение И.Р.Гальперина, как наиболее совпадающее с авторским пониманием: «Текст- это произведение речетворческого процесса, обладающее завершенностью, объектированное в виде письменного документа, литературно обработанное в соответствии с типом этого документа произведение, состоящее из названия (заголовка) и ряда особых единиц (сверхфразовых единств), объединенных разными типами лексической, грамматической, логической, стилистической связи, имеющее определенную целенаправленность и прагматическую установку» (Гальперин 2005:18).
Политический текст - это "законченное речевое произведение политической коммуникации, формой реализации которого является политический дискурс" [Феденева 1998]. Несомненно, политический текст обладает рядом специфических, присущих только ему, черт, среди которых основополагающей является идеологичность. Т. С. Магера отмечает: "политические тексты - это тексты, обладающие определенной интенцией, под которой понимается общая установка, направленность текста на достижение определенного результата" [Магера 2005: 24]. Любой политический текст имеет коммуникативную целеустановку на воздействие и убеждение, объектом которого являются самые широкие слои населения.
Далее обратимся к понятию дискурса, важнейшей характеристикой которого как феномена культуры являются его ценностные признаки. В коллективном сознании языковых личностей существует неписаный кодекс поведения, в котором при помощи специальных приемов изучения могут быть вы¬делены ценностные доминанты соответствующей культуры как в этическом и ути¬литарном, так и в эстетическом планах (например, языковой вкус). Изучению дискурса посвящено множество исследований, авторы которых трактуют это явление в столь различных научных системах, что само по¬нятие «дискурс» стало шире понятия «язык» (М. Стаббс, П. Серио, Г. Костомаров, Н. Д. Бурвикова). Суммируя различные понимания дискурса, М. Л. Макаров показывает основ¬ные координаты, с помощью которых определяется дискурс: формальная, функ¬циональная, ситуативная интерпретации. Формальная интерпретация — это пони¬мание дискурса как образования выше уровня предложения. Функциональная интерпретация в самом широком понимании — это понимание дискурса как использования (упо¬требления) языка, т. е. речи во всех ее разновидностях. Компромиссным (более узким) вариантом функционального понимания дискурса является установление корреляции «текст и предложение» - «дискурс и высказывание», т. е. понимание дискурса как целостной совокупности функционально организованных, контекстуализованных единиц употребления языка. Ситуативная интерпретация дискурса — это учет социально, психологически и культурно значимых условий и обстоятельств общения, т. е. поле прагмалингвистического исследования. В. Е. Чернявская, обобщив различные понимания дискурса в отечественном и зарубежном языкознании, сводит их к двум основным типам: 1) «конкретное коммуникативное событие, фиксируемое в письменных текстах и устной речи, осуществляемое в определенном когнитивно и типологически обусловленном ком¬муникативном пространстве», и 2) «совокупность тематически соотнесенных тек¬стов» [Чернявская 2001: 14, 16]. Объединив коммуникативную модель представления текста и ситуативную интерпретацию дискурса, мы будем понимать дискурс как текст, погруженный в ситуа¬цию реального общения с учетом социально, психологически и культурно значимых условий и обстоятельств этого общения.
Ситуативное (точнее, культурно-ситуативное) понимание дискурса раскрывается в «Лингвистическом энциклопедическом словаре», где дискурс определяется как «связный текст в совокупности с экстралингвистическими — прагматически¬ми, социокультурными, психологическими и др. факторами; текст, взятый в со¬бытийном аспекте; речь, рассматриваемая как целенаправленное, социальное дей¬ствие, как компонент, участвующий во взаимодействии людей и механизмах их сознания (когнитивных процессах). Дискурс — это речь, «погруженная в жизнь». Поэтому термин «дискурс», в отличие от термина «текст», не применяется к древ¬ним и другим текстам, связи которых с живой жизнью не восстанавливаются не¬посредственно» [Арутюнова 1990: 136—137]. Обратившись к определению дискурса в политическом словаре, мы обнаружим следующее: «Дискурс - одна из характеристик коммуникационного взаимодействия субъектов власти, демонстрирующая внутренне дифференцированный процесс образования общественных мнений и формирования политической воли общества».(Политико-терми>нологический словарь)
Существенным, на наш взгляд, является противопоставление личностно-ориентированног>о и статусно-ориентированного дискурса. В первом случае в общении участвуют коммуниканты, хорошо знающие друг друга, раскрывающие друг другу свой внутренний мир, во втором случае общение сводится к диалогу представите¬лей той или иной социальной группы. Личностный (персональный) дискурс пред¬ставлен двумя основными разновидностями — бытовой (обиходный) и бытийный дискурс. Специфика бытового дискурса состоит в стремлении максимально сжать передаваемую информацию, выйти на особый сокращенный код общения, когда люди понимают друг друга с полуслова, коммуникативная ситуация самоочевид¬на, и поэтому актуальной является лишь многообразная оценочно-модальная эмо¬циональная квалификация происходящего. Бытийный дискурс предназначен для нахождения и переживания существенных смыслов, здесь речь идет не об очевид¬ных вещах, а о художественном и философском постижении мира. Статусно-ориентированный дискурс представляет собой институциональное обще¬ние, т. е. речевое взаимодействие представителей социальных групп или институтов друг с другом, с людьми, реализующими свои статусно-ролевые возможности в рамках сложившихся общественных институтов, число которых определяется по¬требностями общества на конкретном этапе его развития [Карасик 1998: 190—191]. С позиций лингвистики речи дискурс — это процесс живого вербализуемого общения, характеризующийся множеством отклонений от канонической пись¬менной речи, отсюда внимание к степени спонтанности, завершенности, тема¬тической связности, понятности разговора для других людей. Помимо структурных характеристик дискурс имеет тонально-жанровые измерения. Говоря о тональности дискурса, мы имеем в виду такие па¬раметры, как серьезность либо несерьезность, обиходность либо ритуальность, стремление к унисону либо конфликту, сокращение либо увеличение дистанции общения, открытое (прямое) либо завуалированное (косвенное) выражение ин¬тенций, направленность на информативное либо фатическое общение.
С позиций социолингвистики дискурс - это общение людей, рассматривае¬мое с позиций их принадлежности к той или иной социальной группе или приме¬нительно к той или иной типичной речеповеденческой ситуации, например институциональное общение. Представляется возможным выделить применительно к современному социуму политический, административный, юридический, воен¬ный, педагогический, религиозный, мистический, медицинский, деловой, реклам¬ный, спортивный, научный, сценический и массово-информационный виды ин¬ституционального дискурса.
Совершенно иной подход к изучению дискурса требуется при исследовании игрового и суггестивного общения, которые представляют собой не ситуативно обусловленные типы коммуникативного поведения, а особую тональность обще¬ния, пронизывающую различные виды персонального и институционального дискурса Заслуживает внимания исследование, автор которого выносит на суд лингвистической общественности обширный список разновидностей модальной то¬нальности: «официально, серьезно, шутливо, восторженно, дружелюбно, враж¬дебно, саркастически, недоверчиво, безразлично, пессимистически, робко, мечтательно, с грустью, пренебрежительно, надменно, агрессивно, с отвращени¬ем, настойчиво, мрачно, удивленно, взволнованно, хвастливо, с тревогой, раздра¬женно, с обидой, отрешенно, радостно, притворно, задумчиво, решительно, вы¬зывающе, таинственно, грубо, испуганно, вежливо, ласково» [Багдасарян 2000: 95].

Гораздо легче провести гра¬ницу между текстом и нетекстом, основываясь на формальной правильности составных частей текста.
Мы можем сказать, что перед нами нетекст, если это речевое произведение не поддается интерпретации, поскольку оно не оформлено, не воспринимается как целостное образование и не выделяется из более крупного сверхтекстового массива.
Дискурс представляет собой образование, по¬строенное по определенным канонам в соответствии с целями и обстоятельства¬ми общения, и степень каноничности дискурса и является основанием для его типизации.
Под форматом дискурса в свою очередь понимается разновидность дискурса, выделяемая на основе коммуникативной дистанции, степени самовыражения говорящего, сложившихся социальных институтов, регистра общения и клишированных языковых средств. Формат дискурса представляет собой конкретизацию типа дискурса, количество этих форматов является достаточно большим, но измеримым. Формат дискурса в свою очередь конкретизируется жанрами речи, которые выделяются на индуктивной основе.
По мнению В.И.Карасика в политическом дискурсе особый интерес представляют случаи дезавуирования, т. е. признания некоторых сделанных заяв¬лений и сообщений либо не соответствующими действительности, либо отра¬жающими личное мнение чиновника, находящегося на государственной или партийной службе и поэтому, как предполагается, имеющего право говорить только то, что санкционировано руководством.

В монографии Е. И. Шейгал [2000] сводит имеющиеся лингвистические подходы к изучению политиче¬ского дискурса к трем основным типам —дескриптивному (риторический анализ языкового поведения политиков), критическому (выявление социального нера¬венства, выраженного в дискурсе) и когнитивному (анализ фреймов(МНОГОЗНАЧНОСТЬ???>??) и концептов политического дискурса). Дискурс понимается в монографии как «система ком¬муникации, имеющая реальное и потенциальное (виртуальное) измерение» [Шей¬гал 2000: 11]. В реальном измерении - это текущая речевая деятельность и возни¬кающие в результате этой деятельности тексты, в потенциальном измерении — семиотическое пространство, включающее 1) вербальные и невербальные знаки, ориентированные на обслуживание этой коммуникативной сферы, 2) тезаурус прецедентных текстов, 3) типичные модели речевого поведения, а также 4) систе¬ма речевых актов и жанров политического дискурса.
Семиотическое пространство политического дискурса включает, по мнению автора, три типа знаков: специализированные вербальные (политические терми¬ны, антропонимы и пр.), специализированные невербальные (политические сим¬волы) и неспециализированные, которые изначально не были сориентированы на данную сферу общения, но вследствие устойчивого функционирования в ней приобрели содержательную специфику (в частности, личные местоимения). Осо¬бенность языка политики в настоящее время состоит в том, что средой его суще¬ствования является массовая информация, и в силу ориентации политического общения на массового адресата этот язык лишен корпоративности, присущей любому специальному языку.
Е. И. Шейгал отмечает, что политика как специфическая сфера человеческой деятельности по своей природе является совокупностью речевых действий. Как и всякий другой дискурс, политический дискурс имеет полевое строение, в центре которого находятся те жанры, которые в максимальной степени соответствуют основному назначению политической коммуникации — борьбе за власть. Это парламентские дебаты, речи политических деятелей, голосование. В периферийных жанрах функция борьбы за власть переплетается, как показывает автор, с функциями других видов дискурса, при этом происходит наложение характеристик разных видов дискурса в одном тексте (интервью с политологом включает элементы масс-медиа, научного и политического дискурса). Пространство между дискурсом масс-медиа и политическим дискурсом представлено в виде шкалы, включающей по мере нарастания политического содержания следующие тексты памфлет, фельетон, проблемная политическая статья, написанная журналистом, колонка комментатора, передовая статья, репортаж (со съезда, митинга и т. д.), информационная заметка, интервью с политиком, проблемная аналитическая статья, написанная политиком, полемика (теледебаты, дискуссия в прессе), речь политика, политический документ (указ президента, текст закона, коммюнике).
Политический дискурс пересекается с педагогическим как политическая социализация личности, специфика этого пограничного образования состоит в ею двумерном модусе —формальном и неформальном политическом воспитании, осуществляемом через государственные учебные учреждения и в быту (в разговоpax с родителями, сверстниками, соседями). Юридический дискурс пересекается с политическим в сфере государственного законодательства. Политическая ре¬клама — гибридный жанр политического и рекламного дискурса — направлена на регуляцию ценностных отношений в обществе, для политической рекламы (как и рекламы вообще) характерны резкое сужение тематики, упрощенность в подаче проблемы, употребление ключевых слов, простых, но выразительных образом, повторение лозунгов, тавтологичность. Пересечение политического и религиозного дискурса, как пишет Е. И. Шейгал, возникает в сфере мифологизации сознания, веры в магию слов, признании божественной роли лидера, использовании приемов манипулятивного воздействия и ритуализации общения. Политический дискурс граничит и со спортивно-игровым, ожесточенная борьба за власть разыгрывается как состязание, как большие национальные игры, для которых важны зрелищность, определенные имиджи, формы проявления речевой агрессии и т. д.
Системообразующие признаки политического дискурса — это, как пишет Е. И. Шейгал, институциональность, специфическая информативность, смысловая неопределенность, фантомность, фидеистичность, эзотеричность, особая роль фактора маcс-медиа, дистанцированность и авторитарность, театральность, динамичность.
К базовым концептам политического дискурса автор относит концепты «власть» и «политик». Концепт «власть», как показано в книге, не имеет существенных различий в обыденном и научном сознании и понимается как способность, право и возможность к принуждению. Метафорика власти выражается в таких ассоциациях, как отчуждаемая принадлежность {захватить власть), открытое пространство значительной протяженности {восхождение к власти), механизм {рычаги власти), живое существо {паралич власти), персонализация {капризы власти), объект вожделения {домогаться власти). Власть в дискурсе, как показано в работе, непосредственно связана с понятием коммуникативного лидерства. Культурно-языковой концепт «политик» анализируется в монографии при помощи фреймового моделирования. В этом фрейме выделяются следующие слоты: человек 1) опрелеленного пола, 2) возраста, 3) из определенного региона, 4) занимающийся политической деятельностью, 5) придерживающийся какой-либо политической ориентации, 6) принадлежащий к какому-либо политическому институту, 7) выполняющий какие-либо политические функции, 8) обладающий какими-либо качества ми: профессионально-деловыми, морально-этическими, психическими [Указ. соч.: 93]. Слоты 4—7 являются ядерными, конститутивными, обычно оценочно-нейтральными, остальные слоты — экспрессивно-оценочными (например, Грезидент - президент, потерявший чувство реальности).
Знаковая сущность политика раскрывается в следующих аспектах: политик как представитель группы {«Гайдар — это реформы»), как исполнитель роли {вундеркинд), как носитель определенной функции {опытный хозяйственник), как воплощение психологического архетипа {строгий отец) [с. 106]. Среди поведенческих знаком политического дискурса выделяются ритуальные действия (инаугурация, парад, посещение руководителем страны предприятий, воинских частей или магазином) и события (политические акции, например, сожжение чучела политика). В работе рассматриваются политические артефакты и графические символы, установлены межсемиотические трансмутации («политик — его портрет — его имя» и «здание его изображение — его название» [с. 112], выявлены коннотативно маркированные политические знаки (слова «достоинство», «свобода», «репрессии» и др.), категории политического мира (субъекты политики, политические режимы, политическая философия и идеология, политические действия). Функциональную структуру семиотического пространства политического дискурса, по мнению автора, образуют три типа знаков: знаки ориентации, интеграции и атональности («Где свои и где чужие?», сплочение своих, борьба против чужих). Так, знаки opиентации — это ситуативные антонимы, например: народ — правительство, патриоты — либералы, Отечество — Кремль. Анализируются интегрирующие функции лозунгов, девизов, названий политических движений и партий, языковые маркеры «своих»: инклюзивное мы, лексемы совместности {единство, союз), вокативы совместности {друзья, коллеги), формулы причастности {я, как и все...), формы непрямого императива {Не позволим агрессорам...). Раскрываются атональные знаки — знаки вербальной агрессии (бранная лексика, ярлыки, иронические номинации, маркеры чуждости) [с. 142]. Освещены характеристики политической мифологемы в языковом сознании: фантомность денотата, обширная коннотативная зона, включающая эмотивную коннотацию (идиллия — кошмар), идеологическую коннотацию (наш — не наш), ассоциативную «ауру» (сгусток культурной памяти) [с. 167]. Автор уделяет особое внимание политической афористике, в рамках которой выделяются следующие жанры: собственно афоризм, пословица, максима, заголовок, лозунг, девиз, программное заявление, фраза-символ, индексальная фраза.
Важная особенность политического дискурса состоит в том, что политики часто пытаются завуалировать свои цели, используя номинализацию, эллипсис, метафоризацию, особую интонацию и другие приемы воздействия на сознание электората и оппонентов [Попова 1994: 149]. Ценности политического дискурса сводятся к обоснованию и отстаивании своего права на власть: Руководить страной или общественным движением должен сильный, волевой, решительный человек. Руководитель должен быть компетентен. Лидер должен понимать интересы людей и действовать от их имени. Руководитель должен защищать страну или представляемую им группу в ситуации возможных конфликтов. Действия руководителя должны основываться на принципах морали. Ценности политического дискурса — в этом состоит несомненная специфика данного типа институционального общения — постоянно акцентируются в речах политиков. Поскольку политический дискурс в значительной мере выражает ту или иную идеологию, то ценности определенной идеологии являются определяющими для имиджа политика [Бакумова 2002].

ВОПРОСЫ ИМЕЮТСЯ????
Категория: Новости | Просмотров: 264 | Добавил: muchand | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Поиск
Календарь
«  Январь 2010  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Copyright MyCorp © 2019
    Бесплатный конструктор сайтов - uCoz